Tags: самоснедание

Roma

Запись, сделанная в марте 2017 года

Настало время высказаться о серьезных вещах.
Всё же сто лет прошло с того момента, как люди проснулись с осознанием того, что никакой монархии и у них больше не будет, ни как в абсолютистской Франции, ни как у англичан (о чем многие мечтали).
Для моей семьи это был воистину переломный год.
После ошеломительных новостей в марте 1917 года четвероюродный брат моего прадеда, судейский чиновник в Крыму, застрелился из-за переполнявшего его чувства отчаяния. Ему не было и 35 лет отроду, он оставил молодую семью и своих любимых лошадей.
Разве что дядюшка моего прадеда, кадет, издававший левацкую газету, и радовался... Но закономерно недолго, с предсказуемым финалом...
С того момента одно горе сменялось другим, и череда черных полос не прекращалась очень долго.
Юные кузены моего прадеда гибли от тифа, сражаясь за свое правое дело под началом Деникина и Юденича.
А сам он так и не увидел свою дочь, которая родилась через год. Он умер, страдая от одиночества, на турецкой чужбине.
Его дяди были хладнокровно убиты в начале 1920-х гг.
Так в моей семье ещё до смерти Ленина буквально не осталось ни одного взрослого мужчины.
Но тем не менее семья выжила.
О чем всё это говорит?
Не дай Бог нам жить в эпоху перемен, однако мы живем, работаем, творим, ужасаемся новым ошибкам истории и во многом продолжаем верить в лучшее.
Да, будет ещё неизвестно огромное количество самых разных событий, перемен, но всё же, простите меня за субъективность, уж очень не хочется, чтобы они походили на те самые.

P.S. Впервые была опубликована мною тут: http://die-retrospektive.diary.ru/p212276194.htm
Roma

(no subject)

Сейчас очень часто говорят про тлетворное влияние галицийской культуры.
А я всё так же люблю и эту свою малую Родину.
Люблю своих предков, служивших Австрийской империи.
Ко всему прочему - это помогает мне примириться с нынешним мироощущением.

0_7a236_2a6428c1_orig
принц

Молодо-зелено

Чем дальше идут годы, чем больше растёт комфортность, тем более хрупкими и тепличными становятся дети. Вспоминаю, что я делал в их годы: эти тяжелые времена, эти пейзажи и болезни - и тогда сразу хочется упрекнуть, прочитать мораль. Но так они и вовсе могут покинуть вас, ведь видят только невнимательность, а не опыт и соответствующее отрезвляющее участие. Нервы, нервы, нервы. Вроде и читают, и нас слушают, а всё равно какая-то тепличность в теле и духе.

fri-fri